|
|
Валентин Соломенчук
"Мисс крутая девчонка"
|
Детектив, 400 стр. |
Глава 20. Кое-что о финансовых расчетах
Третья неделя мая. — Понедельник, конец рабочего дня. — Гаишники и подводная лодка. — Кошмарики беззакония. — Богатый Буратино. — Умный дом. — Доктор Ватсон. — Высокая политика.
Обратная дорога домой у наших друзей, когда вся нервотрепка осталась позади, вышла на удивление простой. Без остановок и «перекуров». А на всяческие дорожные заморочки, которые традиционно возникают у водителя на русских дорогах, не было смысла обращать внимание.
До Сестрорецка домчались на одном дыхании, а спидометр «Жигулей» местами зашкаливал за 100 км, и Борис лишь пару раз сбрасывал газ, когда встречные машины подмигивали фарами, предупреждая об очередной засаде инспекторов ГИББД.
Проехав Разлив, где перед революцией скрывался в шалаше Ленин, Борис принялся ехать по всем правилам, как самый дисциплинированный водитель. Удивлённому Саше, который заметил такую резкую смену поведения на дороге, он пояснил:
— Здесь гаишники месячник профилактики проводят. Их как грязи. На каждом повороте стоят. А впереди будет подводная лодка с перископом.
— Настоящая? — Саша не всегда понимал, когда Борис шутит, а когда говорит серьёзно.
— Да нет. «Газель» с видеокамерами на крыше. До километра фиксирует номера машин в обе стороны. Хорошо, что народ не боится мигать, а то утром влетели бы на штуку деревянных. А нам ни в коем разе нельзя попадаться здесь на заметку. Мы фирмачей круто опустили на деньги, поэтому они будут рыть землю и проверят всё что можно и не можно.
Для тех, кто не сидит за рулём автомашины, скорее всего, выше сказанное будет не очень понятно, но всё объясняется очень и очень элементарно. Технические средства видеофиксации прочно входят не только в практику работы магазинов и охраны, но, увы, начали помогать собирать деньги с проезжающих водителей.
Самые простые и спокойные варианты отбора денег — это стационарные видеокамеры, которые позволяют дисциплинировать лихачей и не слишком раздражают рядовых граждан. Попался — отдай деньги в казну.
Зато передвижные видеокамеры вызывают раздражение!
Наиболее опасны «Газели», на крышах которых установлены камеры с дальнобойной оптикой, в просторечье — подводные лодки. И надо всегда помнить, что к ним всегда прилагается наряд гайцов, которые специализируются на хитроумных способах отъёма денежных купюр.
Малогабаритные камеры на треногах, которые ставятся на обочинах, как правило, подленькие штучки. Какой-либо пользы для безопасности движения от них нет, хотя чиновники и депутаты рвут на себе рубашки, доказывая обратное. Тут всё просто, так как «умники» устанавливают их в «хитрых местах», где «законно» собирают наличные деньги жадные служаки.
Понятно, что полчаса поездки по всем правилам, когда на отличной трассе возникает множество участков со знаками ограничения скорости «40 км в час», выматывают водителя сильнее, чем самые сложные извилистые трассы. Человек зачастую просто не понимает смысла применения подобных ограничений, а дамоклов меч в лице жирующего гайца портит настроение на целый день.
Кстати, когда количество устройств видеофиксации переходит границы разумного, то начинается стихийный вандализм излишне «вумной» видеотехники. И это вполне объяснимо, так как бюрократия, начиная от подьячих у царского трона, всегда стоит за тотальную перепись всего и всякого, а граждане превелико сопротивляются, пытаясь отстоять персональную свободу.
— Времени у нас в обрез, а тут игры гайцов, — злобно прошипел Борис, когда проехал мимо очередной автомашины с мигалками на крыше, около которой деловито суетился господин в погонах. — А светиться нам ни в коем разе нельзя.
— Тогда вопрос на засыпку, — немедленно спросил Саша, — Почему ты до этого гнал как сумасшедший. На радар напоролся, вот тебе и реальный след.
— А ты посчитай. Час обед. Час на то, чтобы понять, что их культурненько обокрали и сообщить хозяину. С часик найти своего человека в госаппарате и договориться о поддержке силовых структур. Быстрее вряд ли получится. Значит у нас три часа свободы, — занялся арифметикой Борис, чтобы отвлечься от текущих проблем. — Если мы не въедем в город до того, как ржавые шестеренки госаппарата начнут крутиться, то будет сложно остаться бестелесными виртуальными призраками. Вон здесь, — он мотнул головой в сторону очередной засады на водителей, — в любом случае останутся следы. Слишком много служивых сапог. А на трассе Скандинавия, где мы нагло нарушали, шальной гаец, получив мзду, не будет об этом распространяться.
Но счастье продолжало улыбаться удачливым грабителям. Пролетев без приключений через посёлки Лисий нос и Горскую, где служивые в погонах непринуждённо зарабатывали деньги, друзья-хакеры въехали в «настоящий» город Санкт-Петербург. Немного пришлось понервничать около поста ГИББД на въезде в город, где обмундированные лихо вытаскивали из медленно ползущего потока машин приглянувшихся им водил, якобы, для проверки документов.
Но пронесло!
Старенький «Жигуль» не вызвал корыстного интереса. Лейтенант лишь равнодушно скользнул взглядом по Борису, который являл в этот момент живую статую, готовую в любой момент услужливо остановиться по небрежному взмаху полосатой палки.
Саша с любопытством разглядывал настоящие автоматы АК-74, которые небрежно болтались на плечах у сотрудников дорожной инспекции. В полевой армейской форме они смахивали на боевиков из горячей точки. К слову, если постовые служаки наденут чёрные маски, то мирная ситуацию на дороге мигом превратится в кошмарики беззакония.
Подъехав к торговому комплексу «Карусель», Борис запарковал «Жигули» в самом дальнем углу полупустой автостоянки. Выключив двигатель, он нервно вытер пот, проступивший у него на лбу. Минутку помолчал, а потом сказал, обращаясь к Саше:
— Вот и всё. Ты теперь богатый Буратино. На твоем банковском счету, который зарегистрирован на Кипре, завелись зелёненькие президенты. Хватит, чтобы плотно уложить в сумку вместо твоего любимого ноутбука.
Саша пожал плечами. Дело, как он понимал, было сделано так же успешно, как и ряд других взломов, совершенных на пару с Борисом. А вот относительно количества зелени, доставшихся на его душу, он чуток сомневался. Работа оказалась не слишком сложной, в принципе, были варианты и покруче.
— А сколько, если не секрет? — спросил он.
— Вот тебе банковская карточка, — Борис достал из кармана и протянул другу кусочек пластика. — Тут пара тысяч заокеанской валюты. Смотаешься в приграничье с Украиной. Смело и открыто обналичишь в банкоматах. Оставь немного для мелких жуликов, которые там пасутся. Ребята обязательно пин-код украдут, а потом сделают тебе халявное алиби, где-нибудь в Европе.
— А не жирно ли будет, — простодушно прокомментировал предложение Саша.
Борис выдержал театральную паузу и продолжил:
— Остальные деньги на твоём счёте. Если я не ошибся, то 158 тонн евриков или ойро, как говорят немцы.
— Ого, это сколько же миллионов деревянных! — восторженно произнёс Саша. — Круто!
— Это плата за риск. Если бы нас фирмачи повязали, то нам было очень грустно, — видя, что Саша не совсем понимает, а за что такие большие деньги, он пояснил: — Да не волнуйся. Всё честно. До нас эту конторку никому не удавалось взять. Выделенной линии для инета там нет. Баловство сотрудников с сотовыми телефонами пресекается мгновенно и беспощадно. Все работники в курсе, что у шефа стоит система для контроля телефонов. А банковские операции совершаются через тухлую телефонную линию, по которой взлом не особо сделаешь, сразу засыплешься.
Борис не кривил душой. Взломать компьютерную сеть, которая не подключена к интернету, дистанционно почти невозможно. Старая телефонная линия годится лишь для того, чтобы поинтересоваться, а что есть в компьютере, который к ней подключен. Конечно, легко заслать зловредный почтовый вирус, но для серьёзной хакерской работы маловато будет. Попытки пройти дальше, а в этом Борис убедился на собственном опыте, сразу пресекаются службой безопасности.
— Кстати, а что такого мы украли, раз нам отсыпали так щедро, — тревожно спросил Саша.
— Не волнуйся, мы не стариков или детишек обидели. Конторка у шефа хиленькая, но сегодня ему пара миллиардов на счёт пришла для взаимозачетов. Вот их-то мы и умыкнули. Рублики всё равно бы слямзили господа генералы. Дачки-то у них роскошные, и шушера около них крутиться. Но лампасов много, а нас мало. Я один домик у озера присмотрел. Что ты купишь, я не знаю. Лучше не знать, чтобы не проговориться случайно.
— Ни фига себе! А ты уверен, что следов не осталось?
— Твои деньги прошли через цепочку банков и лежат на счету, который ты сам же сделал на Кипре. Только учти, этот банк вскорости прикажет долго жить. Его хозяин из России с дурости вложился в венчурные фонды, а они сейчас не слишком хорошо себя чувствуют. Сделай парочку анонимных транзакций. Переведи деньги в Лондон, раз там с радостью принимают русские деньги.
— Ха, но всё это можно отследить.
— Можно. Только жизни не хватит найти кончики ниточки, когда делается всё с умом. Что ты улыбаешься. Не веришь? Ладно. Деньги тебе на счёт положил один мэн из Америки, который решил заплатить за твой проект дома. Для своего скромненького домика с башенками из красного кирпича, где-то на берегу небольшого, но очень красивого озера. Получив кредит от строительной фирмы, он сегодня выплатил долг, естественно, с нашей помощью. Конечно, по счетам всё видно, как деньги пришли и ушли. Только фирма оплатила требования за стройматериалы в том же размере. Вот в этом и заключается фишка. Дневной бухгалтерский баланс сходится до цента, а поисками пары левых проводок никто заниматься не будет. Самое пикантное в этой чехарде, что наиболее важные транзакции прошли через технические счета банков, которые банкиры используют для отмывки денег, поэтому светить их нигде не будут. Вот так. Даже увидят подозрительное, то промолчат, чтобы не ломать хорошо отлаженный бизнес.
— Подожди, получается, что я от этой фирмы деньги получил?
— Что ты! У чела своя маленькая фирма. С её счёта и был оплачен договор за проектирование дома в специализированной компании. Она же, в свою очередь, наняла тебя. У неё даже твоя подпись и физиономия в бумагах. А госдеп получил соответствующие бабки за разрешение на рабочую визу и прочее.
— Подожди, я должен ехать в Америку? Для отсидки?
— Поеду я, как твой официальный представитель. А ты, когда тебе стукнет восемнадцать, тоже сможешь заглянуть на родину Билла Гейтса… ради любопытства.
— Кстати, а что я проектировал? — развеселился Саша. — Я ведь ещё только учусь.
— Во-во! Это и оказалось самым сложным. Но ты знаешь, американцы малость сдвинутый народ, свихнувшийся на оригинальности. Вот ты и спроектировал для них вариант умного дома, — Борис похлопал Сашу по плечу и продолжил: — Предложил более оригинальный вариант, чем господа из Майкрософта. Так что идея уже патентуется, а имущественные права на патент ты продал и получил деньги.
— Ничего себе! А если меня спросят?
— Ну и что. У тебя черновики по этой теме на компе лежат.
Саша с изумлением посмотрел на друга и сказал:
— Значит та фигня, которую мы рисовали для прикола на Новый год, заинтересовала акул бизнеса? Там же сплошной юмор и мазня.
— Не скажи. У тебя родилась идея, которую можно патентовать в США. В России этот номер не пройдёт, так как в авторском праве другие нормы для финансовых претензий. А вот за океаном сущая лепота. Законы читать полезно. Ладно, сам посмотри, только не забудь.
Въедливый читатель заметит, что такие фокусы с банковскими счетами ныне малореальны. В принципе, это верно, но только не надо забывать, что вышеописанные события происходят во времена, когда деньги из России везли в мешках и чемоданах, а европейские банкиры аппетитно кушали, не обращая внимания на бегающие глазки клиентов.
Друзья немного помолчали. Борис, о чём-то задумался, а Саша привыкал к нежданному переходу в когорту рублёвых миллионеров. Событие — понятное дело — не рядовое. Одно дело крутить виртуальными миллионами, которые нельзя использовать в реальной жизни, а другое — честно заработанные бабки, с которых налоговики с радостью снимут подоходный налог.
— А зачем я тебе был нужен? Для мебели? — вдруг спросил Саша. — Операцию ты мог в одиночку сделать. Не так уж всё сложно.
— Видел, сколько постов гайцов мы проехали? Во! А у тебя физиономия восторженного идиота. Как раз сошел за длинноногую блондинку. Ну, не обижайся, — участливо извинился Борис, заметив, что Саша надулся как индюк. — Один человек, как и набитая до пупа машина, вызывают у этих живоглотов излишний интерес. Либо рваческий, либо служебный. А так, два чела. То ли друзья, то ли частный извоз. Не интересно останавливать. И ещё, я ведь весь в сети. На лоно природы раз в год выезжаю, если звёзды судьбы сложатся. Это в старые времена было весело и просто, когда мы постоянно за городом куролесили. Теперь мне поводырь нужен, чтоб дров не наломать. Если рассказать, как я под Зеленогорском на велике катался, то целый авантюрный роман нацарапать легко.
Конечно, Саша и не думал обижаться на друга, но осадочек остался.
Борис помолчал немного, но видя, что Саша не до конца понял только что сказанное, пояснил:
— Кстати, вспомни популярные детективы, где рядом с главным героем-сыщиком крутится помощник, которому нужно всё растолковывать. Когда дали этот заказ, я думал, что всё будет как обычно. Но нашел столько грязи и игрищ, начав копать фирму, что просто поразился тому, как она смогла столько лет быть на плаву. Сам знаешь, сколько забытой и потерянной инфы элементарно находишь на компах, хозяева которых свято верят в непогрешимость лицензионных программ.
— Ну да! — оживился Саша. — А если админ в сети студент, которому всё до фени, то вообще лафа.
Борис одобрительно кивнул и продолжил прерванный монолог:
— При подготовке взлома выплыли имена важных шишек, которые весьма не любят публичности. Все при лампасах. Вот тут мне сильно захотелось взять помощника, который наивными вопросами будет проверять легенду. И ведь не ошибся!
— Значит, я теперь доктор Ватсон, — развеселился Саша. — Не ожидал. Ладно, денюжки живые, а мы лихо оттуда смылись. И что теперь? Следы будем заметать?
— Следы… следы… — с каким-то неясным выражением произнёс Борис. — Я даже не знаю, а нужно ли было связываться с этой темой. Всё в каком-то тумане. И вот фактик. Заказчик сам на меня вышел. Он знал слишком многое обо мне. Грубо говоря, мне вывернули руки.
— А ты что? Не узнал кто он?
— Э-э, догадки лишь, — Борис повернулся к Саше и тихо продолжил: — Похоже мы влезли в высокую политику. Ладно, плевать! Деньги пусть полежат спокойно пару лет, а мы сделаем вид, что нас нет. Так что держи ушки востро, не делай резких телодвижений. И не светись по пустякам. А девочкам привет передавай. Только не пытайся их в призовую группу вытягивать. Сколько баллов они сами получат, столько пусть и будет.
Друзья опять немного помолчали.
— И заметь, — тусклым голосом произнёс Борис, — что-то очень странно с этим заказом вышло. Когда деньги улетучились с банковского счёта, я посмотрел на последнюю строчку в сообщении, где указывается общая сумма перевода. Там нарисовалось нуликов куда больше, чем говорил заказчик. И время последней транзакции как раз совпадает с началом нашей атаки. Нас ждали, когда мы засветимся в сети, и подсуетились под шумок. Кажись, нам удалось вляпаться в серьёзные игры, поэтому от нашего дальнейшего поведения будет зависеть личное самочувствие.
Посмотрев на Сашу, который задумчиво сидел и смотрел вперед, Борис грустно резюмировал:
— Знаешь, дурацкий конкурс как раз самое разумное, что мы сделали. Всё остальное, не наше.
Борис завёл двигатель автомашины и медленно выехал со стоянки для посетителей торгового комплекса. Минут через десять друзья подъехали к станции метро «Чёрная речка».
Остановившись перед пешеходным переходом, Борис протянул руку другу для прощания и сказал:
— Меня нет. И в реале тоже. Но увидимся. Как-нибудь. Бывай, — и подмигнул Саше, сделав это совсем незаметно для стоящих у светофора пешеходов. — В общем, успехов! Пока…
|
|
